я стою на Английской набережной
и смотрю на закат над Васильевским
впереди между Малым и кладбищем
я живу на 15-ой линии

у меня за спиной радуга
а на острове солнце со сфинксами
здесь бы Бродский лежал рядышком
но не все стихи сходны с жизнями

написал о своем возвращении
Мандельштам на 8-ой линии
но совсем не на этом севере
Мандельштама последний раз видели

Гумилев был убит не в Африке
не на 5-ой своей линии
расстреляли его красные
не индейцы из Абиссинии

кинул Хармс сторону Петроградскую
нарезая винта на Васильевский
где к тому же табачная фабрика
на 9-ой стоит линии

удалось и в Венеции Бродскому
прочитать попрощавшись со сфинксами
охраняется город кошками
с человеческими лицами

но на лестнице фивские сестры
и навстречу глядят и вслед
да еще у Тучкова моста
Ангел держит невидимый крест

все поэты всегда возвращаются
как гомеровский Одиссей
и на Стрелке огня дожидаются
две колонны чужих кораблей

от одной до другой набережной
через всю Неву
я за солнцем иду как по радуге
по мосту Николаевскому.